Блог ХосеХосе рулит

Детство

Рахманинова неоднократно расспрашивали, когда именно возникла у него тяга к музыке, однако он так и не смог отыскать хоть сколько-нибудь связного и осознанного воспоминания. Мать и первая учительница будущего композитора, Любовь Петровна, в девичестве Бутакова, рассказывала о привычке маленького сына слушать музыку, затаившись где-нибудь в уголке… Музыкальность у него была, что называется, в крови.

Благодаря ректору киевского университета Ивану Ивановичу Рахманинову, проследившему родословную семьи еще от XIV—XVI веков, мы знаем, что род их ведет начало от молдавских господарей Драгошей, которые основали Молдавское государство и правили им более двухсот лет. Внук 0 Стефана III Великого Василий, прозванный «Рахманом», и стал основателем династии. А поместье Знаменское в Тамбовской губернии, в котором жило несколько поколений Рахманиновых, было куплено прапрадедом Сергея Васильевича, Герасимом Иевлевичем, поскольку находилось рядом с землями, полученными этим бравым гвардейским офицером в награду за участие в возведении на престол императрицы Елизаветы Петровны.
У очень многих Рахманиновых были замечательные музыкальные способности, но условия жизни и понятия русского дворянства того времени не допускали возможности музыкантской карьеры. Если еще принять во внимание отсутствие в России соответствующих учебных заведений, становится ясно, почему обстоятельства не позволили никому из Рахманиновых стать профессиональными артистами. Хотя предпосылки к этому были: так, дед композитора, Аркадий Александрович, будучи учеником 0 Джона Фильда, великолепно играл на фортепиано, сочинил к тому же немало музыкальных произведений и давал концерты не только в Тамбове, но и в Москве. До конца жизни он по нескольку часов в день проводил за роялем.
К тому времени, когда родители стали обсуждать будущее маленького Сережи, перспектива дворянину стать профессиональным музыкантом уже никого особенно не шокировала. Очевидна была и незаурядная одаренность ребенка: уже в возрасте четырех лет мальчик успешно играл в четыре руки с дедом, Аркадием Александровичем. Но, как это ни парадоксально, на семейном совете решение все-таки было принято не в пользу музыки. Сергея и его старшего брата Владимира намеревались отдать в чрезвычайно престижный Пажеский корпус, где они имели право учиться как внуки генерала Бутакова. Кто знает – если бы эта затея реализовалась, возможно, мы могли бы говорить сегодня о талантливом военачальнике Сергее Рахманинове, сложившем голову на полях гражданской войны, или эмигрировавшем вместе с другими представителями белого движения и умершем в безвестности где-то на чужбине…

И в теннисе, и в покере для победы необходимы прежде всего, выносливость, дисциплина и терпение. Мне кажется, мои сильные стороны — это терпение, умение читать игроков и дисциплина. Быть дисциплинированным и терпеливым в покере необходимо.

Каждый может выработать свой метод, чтобы сразу понять, насколько важно то, что он обнаружил. Возможно, что только элитный отбор умными людьми, которые способны на это, тогда, как для всех остальных остается лишь обманная оболочка, которую нужно выбросить. Я продолжаю получать книгу за книгой. В моей квартире их уже 30 тысяч. Но я все-таки решил, что их 30 тысяч и останется. Каждый раз, когда я ставлю на книжную полку новый том, мне нужно взять оттуда какой-нибудь другой. Мое счастье, что у меня много места в деревенском доме. Но и так я разбираюсь с коробками, полными бесполезных книг и предназначенными для помойки. Понимаете, о чем я говорю? О книгах, написанных идиотами, которые платят, чтобы опубликоваться. Что я еще мог бы сделать? Не со всеми книгами, написанными из тщеславия, но которые действительно ничего не стоят? Коллеги мне говорят: «Подари их больницам или тюрьмам» или что-то в этом роде. И я должен был ухудшить положение заключенных, дав им читать мусор? Нет, я об этом даже не думаю. Предпочту сжечь их, если только они не стоят того, чтобы дать их почитать кому-нибудь.

Мода, как компьютер — люди могут создавать все лучшие модели, однако суть все равно останется той же. Велосипед уже создан, поэтому мы можем еще прицепить к нему реактивный двигатель или холодильник — но он все равно останется тем же велосипедом. Панк не может быть
актуальным или неактуальным. Как бы наши чиновники не пытались убить его — punk not dead до сих пор. Жаль только, что многие люди все еще воспринимают его как бесконечный трэш, замешанный на алкоголе и беспорядочном сексе, забывая, что изначально панк был протестом против скуки и ординарности.

Это исключительная привилегия — просыпаться каждый день рано утром и знать, что ты служишь американскому народу и у тебя есть возможность сде­лать жизнь лучше. Наша зависимость от иностранной неф­ти ставит под угрозу нашу безопасность и нашу экономику. В то же время, кли­матические изменения представляют угрозу для нашего жизненного уклада.